Путешествия Лемюэля Гулливера (более подробная версия)

Часть I

Перевод:

Путешествие в Лилипутии

Рассказчик вспоминает свои детство и юность — жизнь, которая полностью было посвящено подготовке к предстоящим морских путешествий. И вот он отправляется в плавание на судне «Антилопа».

Во время многочисленных морских приключений команда была обессилена, а последний шторм уничтожает судно. Среди шести из экипажа спаслись на лодке, был и Гулливер, но и эту шлюпку опрокинул шквал ветра. Гулливер сам достается берега и, усталый, засыпает.

Цитата:

Проспал я менее девяти часов, потому что, когда проснулся, был уже белый день. Я попытался встать, но не смог и пошевелиться: я лежал, и мои руки и ноги так же, как и мои длинные густые волосы, были крепко привязаны к чему на земле. Все мое тело, от подмышек до бедер, было опутанная тонкими веревочками. Я мог смотреть только вверх; солнце начинало припекать, и свет его слепил меня. Вокруг слышался какой-то шум, но кто то шумит, я не мог разглядеть, потому что, лежа в такой позе, видел только небо. Вскоре на моей левой ноге зашевелилось что-то живое и, медленно продвигаясь вперед, оказалось у меня на груди, а потом подошло под самое подбородок. Опустив взгляд, насколько смог, я увидел человечка дюймов шести ростом, с луком и стрелой в руках и с колчаном за плечами. Вслед за ним двигалось, как мне показалось, по крайней мере с полсотни таких же человечков.

Перевод:

Аллегорически изображая действительность, Свифт с иронией, скрыто-насмешливым тоном, показывает уступчивость и беспомощность великана Гулливера перед агрессивными лилипутами.

Цитата:

Признаюсь, что когда эти человечки носились моим телом туда-сюда, мне не раз хотелось схватить в горсть сорок или пятьдесят из тех, которые обратятся под руку, и сбросить их на землю. Однако, учитывая все бедствия, которого я уже натерпелся (а они, как видно, могли причинить мне еще хуже), а также на собственную торжественное обещание (именно так толковал я своего кроткого поведение), я сразу и отказался от своего намерен. К тому же я считал, что это была бы неблагодарность к людям, которые так гостеприимно обращались со мной и так щедро меня угощали.

Эти люди — незаурядные математики и достигли особых успехов в механике благодаря поддержке и поощрению своего императора. У этого монарха есть много машин на колесах, чтобы перевозить бревна и другие тяжелые грузы. Он часто строит громадные военные корабли — некоторые в девять футов, в местности, где растет строевой лес, и оттуда их этими машинами перевозят ярдов за триста-четыреста к морю. Пятьсот плотников и инженеров немедленно принялись мастерить наибольший повез, который им никогда не приходилось, делать. Это была деревянная платформа дюймов на три от земли, футов семь длину и четырех в ширину, поставленная на двадцать два колеса; Всю эту работу выполнили в течение четырех часов.

Цепи, которыми меня приковали за левую ногу, были два ярда длиной, поэтому я не мог не только ходить туда-сюда, описывая полукруг, но и, поскольку их закрепили на расстоянии четырех дюймов от двери, мог залезать в храм и лежать там, растянувшись во весь рост.

Перевод:

Император Лилипутии приходит посмотреть на Мужчину-гору.

Цитата:

Император уже спустился с башни и верхом приближался ко мне.

Ростом он был почти на целый мой ноготь выше всех своих придворных, и уже этого достаточно, чтобы вызвать среди них почтительный трепет. Черты его лица твердые и мужественные, нос орлиный, кожа оливково-смуглая, фигура стройная, туловище, руки и ноги пропорциональные, движения ловкие, осанка величавая. Он не так уж молод — ему двадцать восемь лет и девять месяцев, правит примерно лет семь — счастливо и большей частью победоносно. Чтобы лучше видеть императора, я лег на бок, и мое лицо оказалось на одном уровне с ним. Тогда он стоял ярдах в трех от меня, но потом я не раз брал его на руки и потому не могу ошибиться в моем описании …

Перевод:

Сатира Свифта направлена не только на государственное устройство Лилипутии и ее императора, но и в пассивного Гулливера.

Цитата:

Между тем император неоднократно созывал государственный совет, где обсуждали вопрос о моей дальнейшей судьбе. Как я узнал впоследствии от одного моего приятеля, человека весьма уважительной и хорошо осведомленного со всеми государственными тайнами, двор никак не мог выяснить, что делать со мной. Они боялись, чтобы я не освободился, и содержать меня было бы очень дорого; это могло бы даже привести к голоду в стране. Не раз при дворе склонялись к мысли уморить меня голодом или засыпать мне лицо и руки отравленными стрелами, от чего я быстро погиб бы. Но тогда возникал опасения, что гниение такого огромного трупа повлечет поветрие в столице, которая может распространиться и на все государство.

Император не раз ушановував меня своими визитами и сам охотно помогал моим учителям. Вскоре я уже мог кое-как объясниться с императором. Первое предложение, которое я выучил, была просьба ласково вернуть мне свободу — его я повторял ежедневно, стоя на коленях. Насколько я мог понять, император отвечал, что всему свое время, что решить это дело он может только в согласии с государственным советом и что я должен Люмос келмин песодемар лонемпосо — поклясться жить в мире с ним и его государством. Однако он обещал, что со мной вести себя хорошо, и посоветовал заслужить скромной поведением его, императора, привязанность, а также симпатию его подданных.

Перевод:

Гулливер пытается кротостью и добрым поведением заслужить у лилипутов волю.

Поражают героя некоторые «развлечения» лилипутов. С сарказмом — едкой, обличительным, особенно едкой полной презрения, насмешкой, — автор аллегорически изображает пути карьерного роста английских придворных во властных коридорах «: синяя, зеленая, красная нити, за обладание которыми так позорно боролись лилипутские чиновники, — это цвет английских орденов Подвязки, Бани и Святого Андрея.

Цитата:

Однажды императору пришла мысль порадовать меня зрелищем тамошних игр, в которых лилипуты преобладают все известные мне народы ловкостью и великолепием. Больше развлекли меня канатные плясуны, которые исполняли свои танцы на тоненькой белой нити в два фута длиной, натянутые на высоте двенадцати дюймов от земли. На этих танцах я, с разрешения терпеливого читателя, остановлюсь несколько подробнее.

В соревновании принимают участие только кандидаты на какую высокую должность или те, кто хочет предотвратить великой милости при дворе, их обучают этому искусству с детства, и они не всегда бывают вельможного рода или хорошего воспитания. Когда кто-то, то умерев, то попав в немилость (что случается довольно часто), освобождает высокую должность, то пять или шесть кандидатов просят у императора разрешения развлечь его и двор танцами на канате, и тот, кто выше подпрыгнет и не упадет , получает должность. Очень часто даже главные министры получают распоряжения показать свою ловкость и доказать императору, что они не утратили своих способностей. Государственный казначей Флимнеп прыгал на туго натянутого канате крайней мере на дюйм выше всех других вельмож империи. Я сам видел, как он несколько раз подряд исполнил сальто-мортале на доске, прикрепленной к канату, не грубого за нашу обычную английский веревку. Мой приятель Релдресел, первый секретарь тайного совета, занимает, как мне (если я могу быть беспристрастным) второе после казначея место. Относительно других выдающихся чиновников, то они достигли в этом искусстве почти такого же уровня.

Во время этих развлечений нередко случаются несчастные случаи, о которых потом долго вспоминают. Я собственными глазами видел, как два или три претендента сломали себе ноги. Но особенно опасными становятся эти соревнования, когда по приказу императора в них принимают участие министры: пытаясь превзойти самих себя и своих соперников, они прыгают с таким жаром, что мало кто из них не падает дважды, а то и трижды.

Есть у них еще одно развлечение, которая устраивается очень редко и только в присутствии императора, императрицы и первого министра. Император кладет на стол три тонкие шелковые нити по шесть дюймов длиной: одну — синюю, другую — красную и третью — зеленую. Ими награждают тех, кого император захочет отметить особой лаской. Церемония происходит в большом тронном зале, где претенденты сдают экзамен в ловкости и очень отличается от всего, что мне приходилось наблюдать в любой стране Старого или Нового Света. Император берет в руки палку и держит ее горизонтально, а претенденты, идя друг за другом, то прыгают через нее, пролезают под ней, туда и обратно, в зависимости от того, поднимает ли опускает палку император. Бывает, что второй конец палки поручают держать первому министру, а иногда министр держит ее сам. Кто выполняет все эти штуки дольше и с наибольшей быстротой, то получает в награду синюю нить, второй приз — красная нить, третий — зеленая, их носят вместо пояса, дважды опоясавшись круг состояния, и нечасто случается вельможа, не украшенный хотя бы одним таким поясом .

Перевод:

Свифт сатирически изображает две политические партии Англии — тори и вигов — в виде двух враждебных лагерей, о которых рассказывает главный секретарь в тайных делах лилипутов:

Цитата:

Хотя иностранцу может показаться, — сказал секретарь, — якобы у нас порядок, на самом деле над нами тяготеют две беды — острые партийные распри внутри страны и возможном нападении чрезвычайно мощного внешнего врага. Относительно первого бедствия, то надо вам сказать, что семьдесят месяцев назад в нашей империи образовались две враждующие партии, известные под названием Тремексенив и Слемексенив, т.е. тех, которые носят ботинки с высокими и низкими каблуками, чем они отличаются друг от друга. И хотя есть мнение, что высокие каблуки больше соответствуют нашим древним обычаям, его величество повелел оказывать правительству и все другие должности, на которые назначает корона, тем, кто носит низкие каблуки, чего вы не могли не заметить. Заметили ли вы, очевидно, что каблуки его величества ниже минимум на один дрер, чем у всех придворных (дрер — примерно одна четырнадцатый дюйма). Ненависть между обеими партиями дошло до того, что члены одной не станут ни есть, ни пить за столом, ни разговаривать с членами другой. Мы считаем, что Тремексены, или Высокие Каблуки, преобладают нас числом, хотя вся власть в наших руках. Однако мы опасаемся, что его высочество, наследник трона, немного симпатизирует высоких каблуках. Во всяком случае, каждый может заметить, что один из его каблуков выше второй, и он через это даже прихрамывает.

Перевод:

Религиозные столкновения между католиками и протестантами также не имеют смысла, как не имеет смысла аллегорически изображено противостояние между тупоконечниками и остроконечниками за право разбивать яйцо с тупого или острого конца. Нелепая также война между Лилипутии и Блефуску.

Цитата:

Эти две могущественные державы уже тридцать шесть месяцев находятся в состоянии ожесточенной войны, и вот по какой причине. Всем известно, что яйца, перед тем, как их есть, разбивают с тупого конца, и так ведется испокон веков. Однако, когда дед его величества еще мальчиком, разбив яйцо по старинному обычаю, урезал себе палец, его отец, тогдашний император, издал указ, чтобы все подданные под страхом строжайшей казни разбивали яйца только с острого конца. Этот закон так возмутил населения, от того времени в наших летописях упоминается шесть вызванных этим беспорядков, в результате которых один император лишился головы, а второй — короны. Монархи Блефуску всегда подстрекали наш народ на бунты, а когда мятежи подавляли, они давали в своей империи приют изгнанникам. Всего насчитывает одиннадцать тысяч человек, которые хотели пойти на казнь, чем согласиться разбивать яйца с острого конца. По поводу этой полемики выданы сотни томов, но произведения тупоконечниками давно запрещено и членов их партии не разрешено принимать на службу. На протяжении всех этих дрязг императоры Блефуску не раз подавали нам через своих послов протесты, обвиняя нас в религиозном расколе и в нарушении основного догмата нашего великого пророка Ластрога, изложенного в пятьдесят четвертой главе «Бландекалу» (так называется их «Коран»). И все это чистейший извращение, потому что в действительности там сказано: «Все истинно верующие да разбивают яйца с того конца, с какого удобнее».

Перевод:

Гулливер прекращает войну между Лилипутии и Блефуску, приведя вражеские корабли к королевскому порта лилипутов, за что был награжден высшей почетным отличием империи.

Однако Гулливер отказался быть орудием порабощения блефускцив, после чего на него начались гонения и даже обвинения в государственной измене.

Секретно Гулливеру приносит копию обвинительного акта один из важных придворных, рассказывает о планах правительства относительно наказания Мужчину-горы.

Саркастически Свифт показывает проявления «чрезвычайной снисходительности» знати к своим подчиненным, милосерднисть и «искреннюю приязнь». Придворный-инкогнито рассказывает:

Перевод:

Есть там еще и другие статьи, и я привожу выдержки только из важнейших. Надо признать, что во время длительных дебатов по поводу этого обвинения его величество проявил чрезвычайную снисходительность к вам … Лорд-канцлер казначейства и адмирал настаивали, чтобы казнить вас ужасным и позорным способом, подпалив ночью дом, где вы живете, тогда как генерал поведет вас двадцатитысячным Войском с отравленными стрелами, предназначенными для ваших рук и лица. Другие предлагали дать тайный приказ некоторым вашей прислуги, чтобы они пропитали ваши рубашки и простыни ядовитым соком, от которого все тело свербитиме так, что вы сами расцарапает его и отошел в неописуемых мучениях. Генерал присоединился к этому мнению, и долго большинство было против вас. Но император, решив по возможности спасти вам жизнь, привлек наконец на свою сторону камергера двора. Тогда же Релдресел, главный секретарь в тайных делах, который всегда проявлял к вам искреннюю приязнь, получил от императора приказ изложить свое видение дела, что он и сделал, вполне оправдав ваше хорошее мнение о нем. Он согласился, что преступления ваши тяжелые, но и они, мол, не исключают милосердия, этой величайшей добродетели монархов, которой так справедливо прославился его величество. Он сказал, что … когда его величество, учитывая ваши заслуги и слушаясь своей милосердной характера, захочет сохранить вам жизнь, приказав только выколоть вам оба глаза, то, по его скромному мнению, такое наказание какой-то мере удовлетворила бы правосудия, и заставила бы весь мир восторженно приветствовать кротость императора и ум и великодушие имеющих честь быть его советниками. Что потеря зрения отнюдь не повредит вашей физической силе, которой вы можете еще пригодиться его величества. Что слепота еще и прибавит вам мужества, ибо вы не будете видеть опасности, — ведь именно опасения за глаза сильнее мешало вам привести сюда вражеский флот. Для вас, мол, достаточно будет смотреть на все глазами министров, ибо так же поступают и самые монархи …

Через три дня к вам отправят вашего приятеля главного секретаря, и он зачитает вам обвинительный акт, затем отметит большую снисходительность и благоволение его величества и государственного совета, благодаря которым вы приговорены только на ослепление. Его величество не сомневается, что вы безоговорочно и благодарно скоритеся приговору; двадцать хирургов его величества будут присутствовать при исполнении приговора, чтобы следить за выполнением операции, которая будет заключаться в том, что вам пустят в глазные яблоки очень острые стрелы, когда вы будете лежать на земле .

Думаю ваша рассудительность подскажет вам, какие именно меры следует принять, а я, чтобы не вызывать ни у кого подозрения, должен немедленно вернуться домой так же тайно, как и прибыл сюда.

Цитата:

«… Я того же утра отправился к морскому берегу, где стоял наш флот, там я захватил большой военный корабль, привязал к его носу канат, поднял якоря, разделся, положил в корабль свою одежду (вместе с одеялом, которое принес под мышкой) и, перебирая судно за собой, где вплавь, а где вброд, добрался до королевского порта Блефуску, где народ уже давно ждал меня … Мне дали двух проводников, чтобы показать дорогу в столицу, которая так же называется Блефуску … »

Перевод:

По счастливой возможностью Гулливер покидает Блефуску и после некоторых трудностей возвращается на Родину.

[1] Сущность — суть чего и самое главное, самое существенное в чем.

[2] беднота — бедняк, бедняга, голь.

[3] Стихотворение перевели Н. Новикова и Н. Москаленко.

Перевод М. Иванова

Комментарий

Лучшей оружием в борьбе за свободу и счастье народа для Свифта была сатира — способ художественного отражения действительности, состоящий в остром неодобрительно осмеянии негативного. В узком смысле сатира — произведение обличительного характера. Сатира обычно направлена против социально вредных явлений.

Таким лучшим сатирическим произведением стал единственный роман Свифта, что прославил писателя на весь мир — «Путешествия в различные далеких стран мира Лемюэля Гулливера, сначала врачу, а потом капитана нескольких кораблей». Роман построен как рассказ, о неудачных морские путешествия. Произведение разделено на четыре части. Первая часть — это путешествие в страну Лилипутии, вторая — в страну великанов, третий — на воздушный остров Лапуту, четвертая — в страну удивительных лошадей, которые создали республику добра.

Автор ведет своего героя в лабиринтах различных политических систем, подчеркивая их смешную ничтожество.

Комментарии: